ВЕТЕРАНЫ ВСПОМИНАЮТ

ВЕТЕРАНЫ ВСПОМИНАЮТ
16-летнему Грише Бердникову, когда он закончил постигать школьные науки, пришлось постигать жизненные. Ему пришлось заменять взрослых, научиться управлять трактором, чтобы выполнять разные сельхозработы. Ведь мужчины были призваны на войну. В ноябре 1942 года ему исполнилось 17 лет и его вызвали в военкомат, где он наспех прошел военную подготовку. Уже 1 декабря Григория призвали на фронт и отправили в Челябинскую область. Там он получил первый урок мужества и героизма советского солдата. На пересыльный пункт с госпиталей стали прибывать солдаты, у которых были небольшие ранения. Они рвались на передовую, чтобы защищать свою Родину.
— Некоторые даже с одной правой рукой просились, — вспоминает Григорий Федорович. – Вместе с ними ушел и я на Карельский фронт.
На пересыльном пункте в Кандалакше Григорий определился с фронтовой профессией и стал связистом, был направлен в 566 минометный полк. После непродолжительного курса был брошен на боевые позиции.
Однажды связь оборвалась. Поступил приказ срочно ее восстановить. Григорий взвалил аппарат на плечи и побежал. Обнаружив обрыв, стал искать второй кусок провода. Опрометчиво шагнул к дереву и попал в ловушку – запутался ногой в проводе. Только провод был не телефонный. Это Григорий понял сразу, когда поднял голову и увидел, что на дереве висит противопехотная мина. Но в тот день судьба была к нему благосклонна, ему удалось вырваться из цепких лап смерти, после чего он-таки восстановил связь и благополучно вернулся обратно.
Так, с радиостанцией за плечами и обеспечивая связь своего полка, дошел Григорий до финской границы, а оттуда, вместе с другими, эшелонами был отправлен на Харьков.
Позже часть Бердникова направили в распоряжение маршала Рокоссовского. Эту операцию в Кёнигсберге в деталях он вспоминает и сегодня.
— Вместе с шестью разведчиками нам предстояло участвовать в освобождении женского лагеря. Наша задача была обезвредить охрану, а непосредственно мне необходимо было обеспечить связь, чтобы сообщить о завершении операции. На рассвете мы отправились на задание. Обезвредили часовых, о чем тут же просигналили в штаб. У ворот лагеря нас вместе с изможденными женщинами встречали медсанбат и полевая кухня.
После Кёнигсберга солдатская дорога Григория Фёдоровича пролегала по Балтийскому берегу – Латвия, Литва, Польша. Потом была Висла-Одрская операция и первая боевая награда молодого солдата – орден Красной Звезды. А дело было так. Медсестра получила ранение, и только Григорий Федорович вместе с другим солдатом привели раненую в землянку, как туда вбежал солдат и крикнул: «Хлопцы, помогите скорей «катюшу» зарядить! Весь наш расчет перебило. Я один остался и не могу поднять снаряды!..» Помогли. На возвышенности стояла церковь, где был наблюдательный пункт немцев. Они и были мишенью стрелка, ведь пехота не могла подняться из окопов. Несколько прицельных ударов и снаряды достигли цели. С криками «Ура!» рванула пехота.
Но война щадила Григория Фёдоровича. Были, конечно, мелкие ранения, но о них он долгое время даже не вспоминал, пока с годами они не стали напоминать о себе. А однажды его родные получили на него похоронку.
— Это было в Польше, — вспоминает ветеран. – Попали мы как-то в окружение, но, слава Богу, сумели выбраться, только попал я в другую часть. Мои однополчане, конечно же, подумали, что я погиб, потому и отправили похоронку домой. Я потом написал матери и родным, что, мол, жив и здоров. Но они сначала не поверили, решили, что это мой друг им пишет. Тогда в следующем своем письме я перечислил всех родственников. Бывает и такое (смеется – авт). А когда уже приехал в отпуск домой, то мать показала мне ту злосчастную похоронку и сказала: «А я все равно не верила, что бы погиб и ждала тебя, сынок!».
Польшу, Восточную Пруссию, Германию прошагал Григорий Фёдорович. Вот, наконец, и поверженный Берлин. Какие чувства тогда он испытывал? Наверное, как и многие – ненависть за миллионы безвинных жертв. Только та была к фашизму. Помнит Григорий Фёдорович и свой случайный разговор с немецким солдатом (тогда между ними уже не стоял вопрос: кто кого?). Тогда-то и понял он, что антигуманная идея Гитлера создать идеальную нацию путем уничтожения миллионов людей была чужда немецкому народу. Просто никто не хотел умирать…
До 1953 года Григорий Фёдорович продолжал служить в Германии. Вернувшись в Советский Союз, отказался от предложения поехать служить в Мурманск или на Чукотку. Уволился в запас и выбрал Белоруссию. Отсюда родом была его возлюбленная, уроженка Славгородчины Антонина Старовойтова. Забрал жену из Гродненской области, куда молодая учительница была направлена по распределению, и привез на ее родину. Вместе они учительствовали. Григорий Фёдорович преподавал физкультуру и военное дело. Но со временем сменил работу и продолжительное время, до выхода на пенсию, работал на свинокомплексе в Свенске.
Григорий Фёдорович, достойно и до конца пройдя тяжелый путь советского воина, является примером для своих детей, внуков. Его сын, Олег, тоже стал военным. Сейчас уже на заслуженном отдыхе в звании полковника. Внук Максим уже получил погоны майора и достойно продолжает летопись семейной династии Бердниковых.
— Во время своей педагогической деятельности, да и сейчас много рассказываю подрастающему поколению о той войне, — говорит Григорий Фёдорович. – Нас, живых свидетелей той великой и страшной войны, осталось уже совсем мало. Но главное, что должны знать и помнить последующие поколения: советский народ воевал не с немецким народом, а с фашизмом. И мы выстояли! Победили! Так пусть же эта Великая Победа живет в веках!

Павел Паўлавіч БОБАЎ, нягледзячы на свой шаноўны ўзрост (ён, напэўна, самы старэйшы ўдзельнік і ветэран вайны, яму ўжо 95 гадоў), добра памятае вайну. Яе ён прайшоў ад званка да званка. Асобныя яе эпізоды ўрэзаліся ў яго памяць назаўсёды.
Калі пачалася вайна, Паўлу споўнілася дваццаць год. На той час яму, курсанту Смаленскага артылерыйскага вучылішча, было прысвоена званне лейтэнанта. Але трывога падчас вучобы адчувалася задоўга да пачатку вайны. Хадзілі чуткі і сярод курсантаў, і сярод грамадзян, што вайны не пазбегнуць. Нават і іх выпуск, як прыгадвае ветэран, быў датэрміновым. Па размеркаванню Павел быў накіраваны ў Кіеў у штаб ваеннай акругі. Пасля чаго трапіў на мяжу Заходняй Украіны. 15 чэрвеня 1941 года малады лейтэнант ужо прымаў камандаванне артылерыйскім узводам.
— На той час мы мала што ведалі пра вайну, — успамінае ветэран. – У вучылішчы больш выкладалі тэорыю, а вось на практыцы за два гады вучобы нават з пісталета не давялося стрэліць… Вайна для нас пачалася ў імгненне, калі я разам з хлопцамі раніцай адправіўся да ракі памыцца, наляцелі самалёты і нас абстралялі.
Узвод хутка сабраўся і накіраваўся да мяжы з Польшчай. Праз некалькі кіламетраў яны апынуліся ў адным пасёлку, дзе пачулі па радыё Левітана, які аб’явіў, што Германія вераломна напала на Савецкі Саюз.
Шмат чаго пабачыў Павел Паўлавіч за чатыры гады вайны, шмат пакут, гора, страху давялося паспытаць, смерць амаль кожную хвіліну дыхала ў патыліцу.
У 1944 годзе Павел Паўлавіч быў цяжка паранены пад Гродна. Быў цяжкі бой. Занялі нямецкія акопы. І тут з жыта паказаўся нямецкі танк… Снарад разарваўся ў некалькіх кроках ад лейтэнанта. Гэта і выратавала ягонае жыццё, аднак раненні прыйшлося доўга лячыць. Узнагароджаны двума ордэнамі Айчыннай вайны першай і другой ступеняў.
Перамогу Павел Паўлавіч сустрэў на Балтыйскім моры, у горадзе Данцыг. Цяжка было паверыць, што вораг прагнаны з роднай зямлі і можна жыць як раней: будаваць планы, кахаць, выхоўваць дзяцей пад мірным небам. Таму і сустракалі Перамогу са слязьмі на вачах, абдымаліся і віншавалі адзін аднаго.
Вайна скончылася, але не забылася. Пра сваіх франтавых сяброў, гераізм і мужнасць савецкіх салдат, хвіліны адпачынку, кровапралітныя баі Павел Паўлавіч можа расказваць гадзінамі.
Дэмабілізаваўся ў снежні 1945 года. Праз два гады ён распісаўся са сваёй каханай, Юліяй Аляксееўнай. Абодва настаўнікі. Па дарозе жыцця крочаць разам ужо 68 год, нарадзілі і выхавалі дваіх дзяцей. Сын Бобавых таксама абраў прафесійны шлях ваеннага. Унука ж бацькі назвалі ў гонар дзеда. Ён таксама Павел, таксама ваенны.

Добавить комментарий