Софии Ивановне Самоделовой 87 лет. В её глазах — почти век истории: от страшных всполохов войны до мирных рассветов над родным краем. Она из тех женщин, на чьих плечах восставала из пепла наша земля, и чьи натруженные руки никогда не знали праздности.

Опаленное детство

София Ивановна вспоминает войну не по учебникам, а по боли — своей и материнской. Ей было совсем немного, когда в их мирную жизнь в деревне Перегон ворвался враг. Одно из самых горьких воспоминаний — немецкий приклад, бьющий маму в груди.

— Маму били прикладом прямо у нас на глазах, — голосом, в котором до сих пор дрожит тот детский страх, рассказывает София Ивановна. — Думали, что она партизан прячет. А мама просто была за «советскую власть», стояла за своих до последнего. Жили мы тогда в землянке — снаряд попал прямо в хату, всё сгорело.

Война забрала и отца. Он ушел на фронт и не вернулся в победном сорок пятом. Мать осталась одна с пятью детьми на руках. Выживали как могли: ходили по перепаханным полям, собирали «гнилую бульбу» — мерзлый, оставшийся в земле картофель. Из него пекли лепешки, которые тогда казались слаще любого хлеба.

Сорок три года

одного рассвета

Послевоенная юность не была легче. Работа в колхозе «Октябрь» стала для Софии Ивановны делом всей жизни. Если посчитать общий стаж, выйдет внушительная цифра — 43 года. И всё это время — на ферме, дояркой.

— Сначала вручную доили, — вспоминает ветеран труда. — Группа была по 20 коров. Надо было выходить, каждую корову доглядеть. Была у меня любимица — Надюшка, хорошая такая. Я их всех жалела, как родных. Позже уже аппараты дали, нагрузка выросла до 53 голов, но руки-то всё равно помнили каждую коровку.

Она работала так, что даже после выхода на пенсию не могла усидеть дома — ноги сами несли на ферму. Остановил только старший сын. Приехал и сказал, как отрезал: «Мама, хватит. Если не перестанешь работать — уеду и приезжать больше не буду». Так, из любви к детям, София Ивановна наконец позволила себе заслуженный отдых.

Счастье в простых вещах

Своего мужа, Михаила (или ласково — Мишку, как звали его в деревне), она встретила здесь же, в Новой Слободе. Он был статным, «гармонистом хоть куда» несмотря на то, что война оставила на нем свой след — он был инвалидом детства, пострадавшим от случайного выстрела в военные годы.

Вместе они прожили честную, трудовую жизнь. Родили и воспитали троих сыновей. Один из них, Федор, стал кадровым военным, полковником — гордость матери. Сегодня у Софии Ивановны уже шестеро внуков и трое правнуков. Большая семья — это её главная награда за все пережитые лихолетья.

— Как жили? Хорошо жили, не бедно, — улыбается София Ивановна. — Хозяйство всегда было огромное: и коровы, и свиноматки, и куры. Всё успевали — и в колхозе отпахать, и дома порядок навести. Скучать нам было некогда.

Наказ молодым

Когда спрашиваешь Софию Ивановну, чтобы она пожелала нынешней молодежи, она не говорит о богатстве или карьере. Человек, видевший, как рушится от снаряда родной дом, знает истинную цену вещам.

— Главное, чтобы мир был на земле, — говорит она тихо, но твердо. — Чтобы дети наши и внуки не знали того, что мы видели. А трудиться — трудиться надо всегда, тогда и жизнь будет в радость.

Сегодня она живет в окружении заботы. Вместе с сыном Петром и невесткой Верой. Наша героиня говорит: «Живу, потому что Верочка делает всё, чтобы я жила. Заботится обо мне». Несмотря на почтенный возраст — 87 лет — София Ивановна сохранила ту удивительную деревенскую искренность и теплоту, которую не вытравил ни тяжелый труд, ни военные слезы. Женщина, чье имя вписано в биографию присожского края простыми и честными буквами.