11 апреля отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей. Дата, попавшая в календарь истории в середине ХХ века, стоит особняком. Она приурочена к дню, когда в 1945 году вспыхнуло восстание в самом крупном концентрационном лагере — Бухенвальде. Для белорусов этот день — символ величайшей скорби и одновременно беспримерного мужества людей, прошедших через ад.

Фабрики смерти на нашей земле

Великая Отечественная война оставила на теле Беларуси незаживающие раны. Травля, пытки, душегубки — все атрибуты нечеловеческой жестокости оккупантов наш народ испытал сполна. На территории страны гитлеровцы создали целую систему порабощения: свыше 260 лагерей смерти, гетто и тюрем, где без суда и сроков находились сотни тысяч человек. Крупнейшим из них стал «Тростенец».

Мы обязаны помнить имена жертв, их палачей, а также тех, кто, рискуя собой, спасал людей. Сегодня как минимум 127 человек из Минска удостоены звания «Праведник народов мира» за помощь еврейскому народу в те страшные годы. Только сохраняя эту память, мы извлекаем правильные уроки из истории геноцида, устроенного нацистами на белорусской земле.

Время берет свое

В нашей стране сегодня проживают около 29 тысяч бывших узников фашистских концлагерей и иных мест принудительного содержания. Живых свидетелей трагедии осталось немного — все они пожилые люди, нуждающиеся в нашей заботе и внимании.

Большинство из них в годы войны были детьми. В 2009 году, когда регистрировался Славгородский филиал Могилевской ассоциации малолетних узников фашистской неволи, в районной организации состояло 32 человека. Но неумолимое время берет свое… С каждым годом узников становится все меньше.

Сегодня на Славгородчине их проживает лишь двое — Антонина Михайловна Авдеенко и Анна Лазаревна Грузинова. Судьба еще одной нашей землячки, Светланы Ивановны Гордеевой, также связана с нашим районом (она переехала жить к сыну в Гомель). У каждой из них — своя, полная слез история детства, которое украла война.

В товарных вагонах — в неизвестность

Антонине Михайловне Авдеенко было чуть больше года, когда в дом пришла беда (она родилась 12 января 1940 г.). Девочка не могла запомнить начало войны, но ужас 1943 года врезался в память ее семьи навсегда.

Маленькую Тоню вместе с матерью и сестрами погнали на станцию и бросили в товарные поезда. В вагонах стоял плач: кто кричал, кто пищал… Было невыносимо страшно. Состав привез их в немецкий город Кенигсберг. Жить пришлось в холодных бараках, пока мать изнурительно трудилась на местной фабрике.

Долгожданное освобождение принесла Красная Армия в 1945 году. В том же году семья смогла вернуться на истерзанную Родину. Жизнь понемногу налаживалась: Антонина окончила 8 классов школы и долгие годы добросовестно трудилась санитаркой в Славгородской районной больнице.

Спасенные из кричевского лагеря

Анна Лазаревна Грузинова родилась 8 марта 1937 года в деревне Ядреная Слобода Кличевского района. К началу войны ей исполнилось четыре года.

Во время оккупации семья Ани находилась в Кличевской партизанской зоне. Когда началась карательная блокада, немцы захватили в плен тех, кто не мог держать оружие: стариков, женщин и детей. На телегах их свезли к железной дороге, погрузили в вагоны и отправили в Кричев, за колючую проволоку концлагеря. Была зима, лютый холод и страшный голод. От верной гибели семью чудом спасли родственники из Могилева.

После войны Анна Лазаревна смогла окончить 10 классов, поступила в медтехникум. Получив диплом в 1959 году, по распределению приехала работать в Славгородскую районную больницу, которой отдала годы безупречного труда вплоть до выхода на пенсию.

С куклой через всю войну

Война застала Светлану Ивановну Гордееву (1938 г.р.) крошечной девочкой — ей было всего 3,5 года. Накануне вторжения родители отправили дочурку из Ленинграда погостить к бабушке в Дубровно Витебской области. Чтобы малышка не плакала, ей подарили восхитительную куклу. Эту игрушку Светлана Ивановна пронесла через все тяготы своей жизни.

— Оккупанты из Дубровно увезли меня, тётю и бабушку в Германию, — вспоминает женщина. — Находились мы в деревне Шойдер недалеко от городка Дессау в крестьянской семье. Жили в бараках. Взрослые работали на полях, а дети — по хозяйству: мотали шерсть, вязали. От сидячей работы невыносимо болел позвоночник, от напряжения и плохого питания падало зрение. С едой было тяжело. Нам давали горох — наполовину червивый. Приходилось его перебирать, но похлебка с каждым разом становилась всё реже. Освободили нас американцы, и 25 сентября 1945 года мы вернулись в Дубровно.

После войны тоже было нелегко. Дом семьи сгорел, ютиться пришлось в уцелевшей бане. Выживших в неволе взрослых тогда периодически вызывали на допросы, поэтому о жизни в Германии старались молчать. Отец Светланы погиб на фронте в 1943-м. Мать с сестренкой пережили блокаду Ленинграда. Мама приезжала за Светой, но девочка, перенесшая ад лагерей вместе с тетей, к тому времени считала матерью именно ее и осталась в Беларуси.

В 8 лет Света пошла в школу, очень полюбила математику. Но однажды в школе появился молодой учитель русского языка, в которого влюбились все девочки. Тогда Светлана тоже решила стать учителем-словесником. И судьба сделала удивительный поворот: окончив ленинградский вуз, она почти всю жизнь проработала учителем… немецкого языка.

Невероятные страдания выпали на детство этого поколения. Многие их ровесники погибали во время карательных операций, умирали от болезней, голода и ужасающих медицинских опытов. Гитлеровцы были уверены, что узники не выживут и правду об их зверствах никто никогда не узнает.

Но эти юные белорусы, наши земляки, всё вынесли и выстояли. И сегодня сам факт их жизни — это главный свидетельский приговор жестоким преступлениям фашизма.

Слава тем, кто выжил, пройдя все кошмары войны. И вечная память всем замученным и погибшим в лагерях смерти. Это нельзя забыть. Этого нельзя повторить.