С начала вооружённого конфликта на юго-востоке Украины десятки детей в этом регионе получили ранения, потеряли родителей или погибли сами. У них своя школа жизни: за годы непрерывных обстрелов даже самые маленькие научились отличать снаряды по калибру. О том, как несовершеннолетние приспосабливаются к военным условиям и как им помогают взрослые, в беседе с RT рассказала уполномоченный по правам ребёнка Луганской Народной Республики Юлия Назаренко.

— Юлия Ивановна, сколько детей в ЛНР получили ранения и сколько погибли в ходе военных действий начиная с 2014 года?

— 37 деток погибших. 102 ребёнка получили ранения различной степени тяжести. Круглыми сиротами, когда погибли оба родителя, стали около 150 детей. Многие остались с одним родителем, но эта статистика, конечно, весьма приблизительная. Более 87% детей, которые остались без родителей, находятся под опекой — в приёмных семьях или детских домах семейного типа.

— Какую помощь республика оказывает детям, получившим ранения? 

— Для них всё лечение бесплатно. У нас на территории Луганской Народной Республики работает протезный завод. Бывает, что ребёнок остаётся без рук в десять лет. Но он растёт, ему хочется быть таким же, как все дети. Конечно, желательно, чтобы протезы были бионические. Поэтому в рамках международного взаимодействия Общественная палата России дала возможность ЛНР и ДНР предоставить информацию о детях, которым нужна помощь, в специальный фонд помощи в изготовлении протезов. Это необходимо нашим деткам.

К нам также поступают пожертвования от граждан России и жителей ЛНР. Дети иногда остаются без всего. Например, военные недавно спасли девочку, вывезли её из разрушенного дома. Она была в одном платьишке. А сейчас у неё целое приданое — есть во что одеться и обуться. Теперь стоит только вопрос её дальнейшего лечения. У неё было проникающее ранение глаза. Осколок извлекли, теперь необходимо длительное лечение уже в России.

— Много детей было эвакуировано на территорию России с момента начала проведения спецоперации?

— Выехали около 800 детей. Также самостоятельно граждане с детьми выезжали.

— Работают ли сейчас на территории республики детские сады и школы? Много ли детей их посещают?

— В детские сады ходят. Школы работают в удалённом режиме, потому что наша территория каждый день обстреливается. Время от времени у нас сбивают «Точки-У», поэтому для избежания гибели детей государство принимает все необходимые меры.

— На территории Донбасса большое количество мин и неразорвавшихся снарядов. Проводится ли профилактическая работа? Известны случаи, когда дети гуляли и натыкались на них. Как правило, это заканчивается трагедией.

— В прошлом году мальчик погиб. В каждом учебном учреждении, даже в детских садах, с детьми ведётся постоянная работа, чтобы они знали, каким образом себя вести при обнаружении взрывчатки.

У нас во всех опасных местах стоят знаки «Опасно, мины!». С детьми проводятся инструктажи буквально через день. Эта информация позволяет сберечь здоровье. Если её игнорировать, то, к сожалению, можно потерять жизнь. 

У нас есть и социальная реклама, и информационные ролики. Мой аппарат постоянно тиражирует плакаты с правилами поведения при обнаружении взрывчатого вещества, куда стоит сообщать об этом. Все дети знают, как надо спасаться, спускаться в бомбоубежища, каким образом прикрывать голову.

Снаряды часто маскируют под игрушки, минируют велосипеды. Рассказываем детям, что любопытство должно быть побеждено чувством самосохранения.

Дети знают, как выглядят все снаряды, и даже, к сожалению, по звуку могут определить калибр. За восемь лет наши дети стали знатоками военного дела.