Круглый стол в «СБ»: эксперты об уроках и итогах 2020 года

Сверка часов

Главные выводы и итоги 2020 года: какие они? В том, что долгое время обществу навязывались фальшивые ценности и шла откровенная подмена понятий, сомнений не остается. Но сформировалось ли в стране настоящее гражданское общество? Как отличить истинный патриотизм от многочисленных суррогатов?

В поисках ответа на эти вопросы редакция нашей газеты собрала за круглым столом ведущих аналитиков Беларуси. Участниками разговора стали член Постоянной комиссии Совета Республики по законодательству и государственному строительству, председатель Республиканского общественного объединения «Белая Русь» Олег Романов; член Постоянной комиссии Палаты представителей по образованию, культуре и науке, член Коммунистической партии Беларуси Сергей Клишевич; первый проректор Белорусской государственной академии искусств Светлана Винокурова; блогер, предприниматель и общественный деятель Станислав Яскевич.

Главные выводы и итоги 2020 года

С. Винокурова: Происходившее в 2020‑м было попыткой государственного переворота, которая готовилась годами: расставлялись кадры, делались пробные шаги (вроде «чернобыльских шляхов», «дней воли» и прочих). А смена власти обязательно привела бы к развертыванию революционного процесса, хаосу, экономическому упадку и в конечном итоге к потере независимости. Расчет был таков. Однако попытка госпереворота не удалась благодаря политической воле нашего лидера и тому, что абсолютное большинство белорусского населения поддерживает ­­­­Президента. Кроме того, августовские события показали: оппоненты настолько были убеждены в победе, что рассматривали даже несколько версий переворота. Но точно не предполагали иных вариантов. И тем более проигрыша.

О. Романов: События 2020 года можно анализировать с различных точек зрения. Я выделю геополитическую. Думаю, такого рода события готовились давно: коллективному Западу необходимо всеми способами обеспечить сохранение доминирования в мире. Без контроля над территориями восточнославянского региона — России, Украины, Беларуси — это невозможно: слишком велики тут ресурсы, которые Запад желает взять в оборот. Причем не на рыночных началах, а посредством колониального захвата. К тому же восточнославянский регион — мощная военная сила, способная противостоять гегемонии Запада. Это мощный культурный проект защиты традиционных ценностей в противовес неолиберальным деструктивным ценностям Запада. Потому в 2020‑м и была попытка дестабилизации ситуации в Беларуси с последующим перекидыванием хаоса на территорию России. Параллельно шло разрушение Украины, вошедшее ныне в острую фазу. Поэтому происходящее было неслучайным: все процессы были спланированы и подготовлены.

С. Клишевич: Судя по всему, это была последняя попытка осуществить классическую «цветную революцию» (по крайней мере, с ее внешними атрибутами, описанными Шарпом), где основную роль играли ненасильственные методы. Если посмотреть на акции Навального в России, а потом на происходящее в Кыргызстане, Казахстане и Узбекистане, где за два года происходили попытки реализации госпереворотов, можно проследить тенденцию на усиление боевых, вооруженных элементов, с помощью которых планировалось быстро захватить власть. По сути, после неудачного белорусского опыта технологии «цветных революций» ушли в прошлое как неэффективные: мы победили метод, а не единичную попытку переворота в отдельной стране.

С. Яскевич: И все это при беспрецедентной подготовке! Обратите внимание: наш противник проник во все отрасли и чувствовал себя весьма вольготно. За базу была взята так называемая мягкая сила, распространявшая свое влияние через НКО, различные фонды и международные организации. Лица, работавшие там, конечно, были самыми «светлыми», а их дела вели «ко всему хорошему». Речь идет об известных медиаперсонах, звездах спорта и чиновниках «на одну ногу». На них опирались на тот момент раскрученные прозападные СМИ. Являясь серьезной артиллерией, они создавали нужное мнение среди своей аудитории. Из тени вышли телеграм-каналы, они внесли жесткую риторику, придавая смелости попавшим под влияние гражданам. Каждое направление четко выполняло свои задачи. Радикалы тоже знали, что делать: приезжие инструкторы обучали методике противостояния силовикам, раскладывали по городу тайники с «коктейлями Молотова» и арматурой. Спланировано было все, каждый шаг. И все это потерпело крах.

Референдум-2022: консолидирующее начало

О. Романов: Я не сомневаюсь, что референдум оказался весьма успешным — не из-за результатов, которые впечатляют сами по себе, но и с точки зрения консолидации общества. После 2020‑го общество встрепенулось, вышло из состояния политического успокоения и с большим интересом восприняло новации, предлагаемые в Конституцию. Белорусское государство в лице органов исполнительной и законодательной власти, а также гражданское общество смогли провести подготовительную работу так, что каждый человек имел возможность получить объективную, взвешенную и достоверную информацию о предполагаемых изменениях в стране. Эта многомерная работа стала и психологически цементирующим фактором для белорусского общества: мы увидели, что вместе можем сделать большое дело, противостоять угрозам извне. Чувство общей силы — большое приобретение.

С. Клишевич: Референдум стал не только модернизацией системы управления государством, но и проверкой на доверие власти после кризиса 2020 года. В то же время ключевые конституционные законопроекты — о ВНС и гражданском обществе — еще находятся в разработке. Граждане поддержали направление новых важных векторов управления государством, например, расширение полномочий ВНС и его взаимодействия с другими ветвями власти. Однако перед законодателями еще много работы по воплощению народных решений в жизнь. По моему мнению, есть все предпосылки для того, чтобы сохранить стабильную внутреннюю обстановку в стране как минимум на ближайшие десять лет. Что касается внешних факторов, то кто, к примеру, мог предсказать начало специальной военной операции и ее масштаб? Вероятность непредсказуемых геополитических событий есть всегда, от них невозможно застраховаться. В этой связи нам необходимо постоянно укреплять государственность по всем направлениям.

С. Винокурова: Особенность референдума-2022 в том, что на обсуждение выносился лишь один вопрос, а самому плебисциту предшествовала большая подготовительная работа по обсуждению изменений в действующую Конституцию. Суть — расширение народного представительства и полномочий народа, демократизация процессов. И референдум свою функцию выполнил: народ предложенные изменения в Основной Закон поддержал. Состоявшийся референдум позволяет нам последовательно, с исторической преемственностью, двигаться в развитии народовластия, демократических процессов и укрепления суверенитета государства.

С. Яскевич: Референдум — очень важное событие в жизни Беларуси. Это прямое общение руководства республики с гражданами. Но есть момент, который меня раздосадовал. Я про ограничение президентства до двух сроков. Переложу пояснение на коммерческую параллель, она все-таки отдаленно напоминает модель управления государством. Чтобы фирма продуктивно заработала, нужны годы: для подбора кадров, верификации надежных партнеров, которые не подведут, а в трудную минуту подставят плечо. С каждым из них необходимо выстроить отношения, взаимопонимание. В небольшой фирме это занимает десятилетия. А если вернуться к масштабам государства? Необходимо несоизмеримо больше времени, когда нужно поднимать целые отрасли, да еще за счет других, только что поднятых. Убежден, неправильно менять грамотного управленца просто потому, что установлен предел его управления. Эффективный руководитель должен возглавлять страну, пока есть результат.

С. Клишевич: Еще во время первого поражения на президентских выборах в 1994 году сойм БНФ принял решение внедрять свои кадры в систему образования — и это не просто тактика, а решение партийного органа. Не имея массовой поддержки и силовых рычагов для прихода к власти, националисты стали пытаться влиять на систему изнутри.

С. Яскевич: Большую роль должно сыграть общество, пересмотревшее взгляды из-за всколыхнувших страну событий. Я не про размахивание шашками в кабинетах, нет. Надо спокойно и внимательно оценивать работу различных деятелей и коллег. Прогнозировать последствия решений. Своевременно давать сигналы, в случае необходимости — бить тревогу. Но одним из важнейших способов по-прежнему остается личный подход. Никто не отменял конструктивные беседы, а ведь именно они зачастую приводят к положительному результату. Если человек не может самостоятельно выйти из заблуждения, то надо ему помочь. Не забывайте, что это заблуждение — многолетнее воздействие профессионалов. И избавиться от него непросто, ведь речь о смене мировоззрения. Я не о безнадежных, запятнавших себя противоправными действиями предателях Родины, конечно. С этими — по всей строгости закона, без обсуждений. В лучшем случае, как сказал Александр Григорьевич, будут «на коленях просить пощады». Есть шанс, что кого-то простят, несильно измазанного.

О. Романов: Я бы подходил к этому вопросу взвешенно, всякий раз оценивая степень опасности. Мы не должны заниматься навешиванием ярлыков и преследовать людей только за то, что они с чем-то не согласны. Другое дело, если речь идет действительно о рассадниках бчб-идеологии — в университетах, на предприятиях и т.д. Думаю, в этом случае должна быть достаточно жесткая и бескомпромиссная борьба. И тут большая ответственность лежит на руководителях предприятий. Нейтрализовывать эти процессы они должны со всей решительностью — и отдавать себе отчет в том, что это скрытые угрозы, способные стать явными, если появится благоприятная внешняя конъюнктура. А что до роли нашего общественного объединения, мое убеждение: в долгосрочном плане нет иного пути, кроме как политического просвещения, формирования политической культуры и сознания общества. Настойчивое доведение конструктивной позиции, раскрытие и предоставление истинного знания — лучший способ противодействия бчб-идеологии.

С. Винокурова: Что делать с носителями такой идеологии — вопрос непростой. В целом причину этой проблемы я вижу не связанной с августовскими событиями 2020 года. Дело в том, что наличие негосударственного сектора в стране предполагает наличие частника. А интерес у него обычно негосударственный. Можно вспомнить изречение британского проф­союзного деятеля Томаса Джозефа Даннинга, процитированное Карлом Марксом в «Капитале»: «Раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым… При 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы». А потому само наличие негосударственного сектора порождает такую противоречивую ситуацию. В ­связи с этим интересен опыт Китая: там человек, начинающий свой бизнес, дает письменную подписку, первым пунктом которой обязуется направить работу своего предприятия на поддержку государства. Поддержка госинтересов — обязательное условие, разрешающее начать частное дело.

Патриотизм истинный и суррогатный

О. Романов: Может, это покажется непопулярным, но замечу: патриотизм не исчерпывает собой все богатство человеческой личности. Человек должен иметь не только развитое гражданско-патриотическое чувство, но и нравственное начало, развитость разума, эстетическое отношение к миру. И если все это у человека находится в гармонии, тогда его патриотизм является зрелым и конструктивным. К сожалению, патриотизм может стать опасной силой, если будет соседствовать с непросвещенным разумом, безнравственностью. Поэтому мы должны говорить о культивировании не только патриотизма в обществе, но и других измерений человеческой культуры: разума, правового сознания, нравственной культуры. Именно в контексте общего развития личности можем говорить о созидательном патриотизме. А на склоки, происходящие в интернет-пространстве, я смотрю философски. Всегда в политической борьбе есть согласные и несогласные. Главное, чтобы такие пикировки проходили в цивилизованном русле.

С. Яскевич: Это очевидный показатель происходящего диалога в обществе, желания принять участие в текущих процессах. Звучат мнения и взгляды, это очень хорошо. Действительно, ведь именно так формируется здоровое общество. Также, разрушая стереотипы пропаганды противника, это демонстрирует наличие диалога между гражданами и властью. Но вопрос в том, что нередко идет накачка из мухи слона. Отчасти это стоит отнести к «ожогам» 2020‑го. Еще можно обосновать тем, что в основном патриоты — это обычные люди, не имеющие солидного управленческого опыта, которые порой не совсем могут расставить приоритеты верно. То есть какие-то бурно обсуждаемые темы, кажущиеся первостепенными, могут таковыми вовсе не являться. И осуждать по ним чиновников, требуя принятия немедленных мер, тоже в корне неправильно. Решать задачи совместно и объединившись — вот ключ к получению результата. А выяснять, «кто патриотичнее», простите, дурной тон, что ли.

С. Винокурова: Патриотизм не может быть показным, среди патриотов же иногда возникают споры: кто из них «больше патриот»? Думаю, об истинных намерениях людей мы должны судить по их реальным поступкам, по делам. Патриотизм не обязательно должен быть показным и демонстративным. Для белорусов более характерен патриотизм скромный, деловой. Скажем, сейчас люди работают на уборочной кампании, отдают свой труд и силы, чтобы спасти выращенный урожай, обеспечить страну хлебом. И это настоящие патриоты.

С. Клишевич: Большую роль в таких конфликтах играет и личностный фактор. К сожалению, встречались случаи, когда некоторые сводят свои старые счеты, прикрываясь патриотизмом. Поэтому сегодня очень важно помочь нашим новым патриотическим организациям и формированиям, появившимся на волне защиты Беларуси от разрушения, взяв над ними шефство, к примеру, нашими столпами гражданского общества (БРСМ, «Белая Русь», профсоюзы, Союз женщин, ветеранская организация), которые уже имеют богатый опыт общественно-политической работы. Думаю, что и политические партии в этом вопросе должны активизироваться, ведь это их потенциальный электорат, причем с четко выраженной патриотической позицией и уже имеющимся опытом политической борьбы.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.